2. From dusk till dawn. Приторная сочность скоро лет'а/ Гуашевое

Белый голубь кульбитами в лето:
Нарушил рассветов
Весеннюю деликатность,
Пыльцой рассыпал лучи первые,
Разлил васильковое небо –
Ладно бы
Бутоны
Газонокосилками скошены,
Заросли незабудками
Рельсы ржавые
(маршруты помнить нам ли?),
Накормлены лепестками-крошками
Угли-философские камни:
Засушенным с мятой
Теплом полусонным ластятся,
Сочные листья глянцем фломастера
Бликуют на солнце – монеты:
Орлом-решкой от метронома-ветра
Пересыпаются.. -
Так неистовство выспалось!
В кулаке раздавило гроздь винограда,
На щеке след засахарен. Если б сладок –
Порывисто слизнешь – горек как сок одуванчика:
Значит,
Лето с балкона (с биноклем)
В зеркалах немигающих бусинок
Представилось себе почти очно,
Повысить громкость тишины хочет,
Кусается затишьем перед бурей.
Хмурясь,
Лакает из лужи,
Захлебываясь, упивается,
Как вампир артериальной кровью
(Лестат? Арман? Люций?),
Солоноватым бризом со вкусом моря..

Еще один голубь!
Над проводами, к свободе...
Голуби
в лето отчаянно бьются.

Идеально.
Но.
Описывать идеальное не хватает слов.
Все слова - о Любви. Все слова о Любви слишком Просты и понимаются только теми, кто - в Ней. Кто Ее - Чувствует.

Никогда бы не поверила, что это может быть (не)актуальным:



Случайная (ли?) встреча в летнем почти Cafе de Paris, возможно, приснившаяся обоим (например, под «Windmills of your mind» H. Manchiny) + Ф.С. Фицджеральд «Ночь нежна»/ Попытка принять «амбивалентность». /от 2004 г.


/«Мы пишем о тех, кого любим, чтобы их обессмертить или убить в своем сердце?» А. Де Мюссе к Ж. Санд/



Завуалировано инкассаторами души – письмами.
Пиши. Прочту с закрытыми глазами сквозь отражающие линзы.
Близки? Неважно, хоть бы вместе мысленно,
Отринув слабость быть нужными и страданий атавизмы.

Мы знали, что столкнемся, мы неизбежны оба, не на бумаге
Пути пересекутся: в аромате корицы и ванили за угловым столиком
Зеленел бы полумрак листвы и слух услаждал бы оркестр в парке,
Старинные фонари и изгородь, увитая диким виноградом историй…

Развеялось, стерлось думали… Как к эпилогу шли (к перевалу?).
Изъятые из толпы, мы - точки на плоскости веранды открытой.
Я: «Нам как событию любому присуща вероятность …»
Ты: «Я искренне уверовал, с благодарностью, bona-fide!»

Украденные мгновения накопились во встречу, предначертанной ставшую.
Так же глупо: «Как ты?», еле склеив мучительно перебираемые…
Перестали готовиться к беседам. Беседы… чем дольше, тем дальше…
Скривившись: «Волшебно… Так мне и надо…» - «Я…» - «Не стоит, знаю...»

Обменялись быстрыми взглядами, ища следов пережитого ранее,
Нервничая. Осознанная хрупкость молчанья – глубоко ли затронет?
Прореживаю перечень совершенств, рассчитанных на твое одобрение:
«Я закурю, ты не против?» Киваешь и греешь коньяк в ладонях.

Дымлю. Дымишься. Потрепанный путеводитель упал с колен.
Переменился ветер, качнул иван-чай, на соседней крыше растущий.
Хоть что-то случилось. Прорвало. Пережили? Чуть проще, нет?
Отраженным лучом от флюгера каменный ангел ослеплен, прищурился.

- «Ты врачевал словами…», - рассыпав конверты. - «Ты вопреки бы исцелилась, так ведь?..
Из неотправленного: на «ненавижу» перо дрогнуло, страницу разодрав…»
- «Тебе ненавидеть меня или забыть проще?» (Храним – фетишисты! – память…)
-«Я ненавижу свою слабость по отношению к тебе, но не нас, не к нам…»

За спичками тянусь: - «Ты так же пренебреженьем прожигал, насквозь...»
- «Ты цитатами не от сердца…» Спорю не с тобой, а с учащенным пульсом:
- «Мы же приснившиеся…» - «Лишь бы только спалось…»
- «У твоих ночных кошмаров тоже есть имя?». Ты отвернулся.

- «Ты ветрена, изменчива…» Я не менялась, я слишком постоянна в важном …
Убеждаем друг друга в обратном? Не слышим друг друга намеренно?
-«Резкость перехода от ощущения к ощущению усиливает остроту каждого…»
Ты вздрогнул: - «Мне тяжело. Тебя слишком много…» - «Вот бы нам столько же времени!..»

За понимание не чокаясь сидим напротив друг друга, чуть косо,
Жадно чувствуя едкое «сейчас» - ни больше, ни меньше.
Мы расстанемся скоро. Мы выйдем из транса, из-под гипноза.
И столик, отвоеванный у сумерек в теплый и пряный вечер

За вязкой густотой воздуха, приглушающей звуки, - эпицентр сияния нашего.
- «В этом есть от любви что-то…» - «Могло бы…» - «Давай – отпустим?
Позволим жить собственной жизнью, к нам не причастной…» - «Как же мы?
Что же, убить ее…» Опасно: выжив (ведь выживет!), она мстить будет.

Встрепенулся ангел-хранитель каменный, глазами с фронтона взывает:
«Очните друг друга! Вернуть бы друг друга вам!». В диалог влез, но
Мы уже договорились не верить в то, в чем клялись не признаваться…
Сказать бы с уверенностью, какое занимаешь в чужой жизни место …

Перепутались.
Пере-
путались...
Слышишь,
пульс у запястья левого?.
Ниже…Ниж..нее..
Ухает
сердце – гелием..
Верю ли?
(Ты? я? кто?) осторожны,
Боже!..
Будь строже,
сцеловывай, слизывай, ну же -
огонь будто! Жжёт/тушит -
изгибы повторяет шеи..
жженье -
в позвонках, в лож-
бинках,
глубже,
уже!.
Безбрежней!.
На вкус кожу,
у мизинца – внешне/
внутри ладони
до боли…
…

Стулья падают,
глаза закрыты - скользим на ощупь…
Чутко - веки.
Легкий трепет
касаний, рук танец,
отпечатки пальцев –
на контур губ..
Шершавость грубо
щекочет,
прочерк
ресниц на щеке –
левой –
Следуй за мной,
следуй!..

Кожица сливы, солнцем согретая..
Шелково, бархат-
но..

Пульс – килогерцы!..
Золотом пыльцы
на сердце
осядет
улыбка.
Жарко, зыбко…

Перебирать
пряди, у виска,
где пульсирует тонкая жилка
Шшшш…

И -
влажный жар дыхания:
Перебои в нём,
Перебои!..

В награду –
головой тянешься,
невольно.
Погла-
живаю,
по сердцу - рябь чуть..
Взлох-
мачу
одним движеньем точным,
лицом зароюсь,
спрячусь
от прочих…
…

Личное.
Эргономично
тычешься в плечо, в колени -
вплестись в ласке
чарующей
из
дви-
жений…
Тя - гуче
Лучше…
Чутко,
мягко,
ме –
дленно..

ВЗОРВУСЬ, ЛИШЬ ТРОНЬ!
…

Горячий лоб - прохладная ладонь:
упала тень
и судорогой
сузила сосуды.

Позже

пугливо-влажная улитка сна
втянула рожки..

Чуть слышно, хрупко, зря:
- «DO YOU…?»

Ты чувствуешь?

И я не
чувствую.

...дико ностальгирую.
Питер.
Питер Пен, мальчик-город...



Одержимость с 2003-го.
Несовпадения воспоминаний и фактов (обрывочных (с иллюстрациями?)).


На пленке проявился
Город вторым слоем.
Разбитого чего-то город, помню...
Так надо, чтоб
Фото-гербарий
мой
Количеством событий
Был наполнен?

Вот задавили тень.
И набережных белой паутиной
Окована – доступная? – Нева,
И купола
Туманом слизаны,
И бра
Луны сгрыз кто-то, явно нелюдимый,
Лишь увертюра улиц увлекла
Меня.
Лишь прошлое чуть улеглось…
Но тема из ««Юнона» и «Авось»» -
Случайный дар –
Виски мне просверлила,
В ней ложь всё, кроме «никогда»
(зашкаливает слишком)…
Децибелы! Сквозь судорогу – в подворотню дум
С намереньем оглохнуть…

Позже мелом
Я обвожу след тающих оков
Из путешествий
До первого дождя.
Всплеск воли –
Так на город? Сразу против шерсти?
Талантливо ли –
Включиться в симулятор отношений
И рухнуть вниз
(расшатаны лесА)?

А мысли рвутся –
Из кунсткамеры, из клетки –
Растерзанно-озвученными стать
И расплескаться по оградам…
Стальные стянуты канаты
В узлы сердец:
Танцующие пары – и не мы…
Мне выпутаться бы
Из века, из иллюзии причин…
В забвении петляю,
Поручив
Везенью тупики.
Зеркал осколками
кофейни
инкрустированы. Пик
Адмиралтейства –
Ножка циркуля;

На сектора центр взрезан, безоружный,
Как на буклетах яркий.
Разлинован
На полусферы,
На кварталы-полукружья,
На арки,
Чуть припухлые как губы…

Шарманка – ход истории. Я – в ней…

На кафедраль погибших кораблей
Залезу,
Я руины в память штурму
Покрою мхом,
Направлю серп на убыль
В обитель лютеранства.
В звон колоколов
От храма в полушаге
Вмерзну.
Вздрогну…

По пожелтевшим вмиг газетным заголовкам
Не испугавшись времени-меня
Хор полтергейстов
жаждет расстрелять
всех выживших из революций смуты,
Чьи мысли под асфальтом шевелятся…

Я – время.
По проспектам истекаю.
На циферблате Стрелка –
часовая…
Я – Реставрация…

Хоть замшевыми станут
Скалы –
Не
поблекнут обелиски!

Я игнорирую фонтаны позолот,
В стремленье к Финскому,
Чтоб остудить ладонь,
Зажавшую воспоминаний пепел.

Всего лишь
К юбилею
полотнищем из окон пыльным
наготу прикрыли…

Я
Хочу остаться здесь.
Я объявленьем вклеюсь
по водосточным трубам…

Мне каждый шаг – жизнь целая…Как грубо
На Невском на прощанье спотыкнуться…

Стоп…

Вдруг перегрузка. Образы…
Мосты
разведены как взгляды-невидимки.
Потеряна канва,
Рассыпаны картинки…
Бумагу мну
И мчусь
По встречной полосе.
Следы заметены-затоптаны. Все чисто…

…Жизнь бессюжетна.
Жизнь – эссе.
Мы в лучшем случае ее стилисты.

***

Не проси,
не молись,
Не это.
Ответа не будет.
Молитва – утверждение
отсутствия.
Суд и следстви;
криптекс разбит.
Знаю, что внутри
было, но –
никому, никому…
А потому
что очевидно.
Слишком просто, чтоб поверить.
Пресно.
Как дыхание: вдох/выдох…

Никому.
Тебе даже,
мой самозваный команданте Че...
Двухмесячный быть может крестник
сжимает мой мизинец в кулачке.
Вот
самое
важное.

Очередная машина времени – кроме музыки:
мы - на скамейке в парке,
перебор слов, их акустика,
бри и пармезан, чилийское белое,
красное..
Нам позволительно, нам, времядержцам,
взрослымсвободнымпрекрасным..
Мы помним, друг друга помним,
сквозь корни деревьев – эротически,
сквозь понимание, любое –
на ощупь, снами, вибро, эмпирически..
Мы взрывчаты жестами, бьем бутылочные головы..
Я вижу твоих, ты видишь моих.
Мы вменяемы, нас поровну,
мы голые
друг перед другом, лучшие, неповторимые!..

Одни мы. Одни мы. Одни мы, и…

...всплыло «Три важных события, сформировавшие Вас как личность».

Дружбы.
Именно они.
С кем сначала боишься, что ваше волшебство со временем исчезнет.
И хочешь законсервировать эту легкость, мечтаешь, чтобы ваших отношений никто не касался – как нельзя прикоснуться к тени… стараешься… Но в напряжении-то легкости не сохранить!…

И вот как-то само получается: вдруг и - спирально; отношения выходят на новый качественный уровень.
И уже больше не боишься ничего.


…Неважно, есть мы или нет,
Неважно, где мы – не бывает
Для нас (увы?) далеких мест.
Мы – тени. Как в преступном клане
Без посторонних понятых
Друг друга не зовем на помощь.
Мы изменились. Знаю, ты
Все знаешь. Знаю, ты все помнишь.


С кем еще – о классике марксизма в 5 утра?
Или, держась за руки, - по разные стороны от границы, отделяющей еще лето от уже осени?
Или проиграть историю недействительной сделки – от цивильного до современного права, от гладиаторов до покупки Рональдо частным футбольным клубом Березовского?
(Это так, из последнего, а про ОД я вообще не говорю...)

Что значит «Зачем?»
Иначе нельзя!

Письмо твое. Сижу. Местами расплылись
чернила. Прикоснусь – размажутся. Местами…
В руках дрожит бокал –
должно быть, пролила…
Бокал отставлю, а
письмо меня не тронет:
подтёки – это снег растаял. Или град.

И доказательство обратного
с лица
сотру
ладонью.

Нас очень мало, нас
катастрофически
мало вместе.
Мой крестик
из Нотр-Дамма
тобой потерян –
в столе пылится.
Перо Гюго и прочий хлам туристский.
Птица
стеклянная – символ моей к тебе свободы –
ночью
разбил твой внук.
Правда, глупо?..

Если б так ярко…
Если б -
об осколках…
Прялка
Судеб наших
Из рук выпала.
Полки,
Посвященные тебе,
при ремонте
разобраны на доски.
Моих у тебя не было.

После
Явыдумалачтотыпотерялвсемоиподарки и то,что дорожилимикогдато –
Выдумала!
Ничего не было.
Просто вещи.
Мы просто есть, и…

Нас уничижительно
мало вместе.

...
повален неустойчивый каркас
оси координат (координаты - сверили,
прорвавшись знаком "минус" (минус час)
к режиму ОТРИЦАТЕЛЬНОГО времени)...

* * *

Это был сон.
Неважный.
Однажды
Простимся легко.
А встречи – случайны.
Редки.
Мы грустили?
Но вряд ли «о ком»,
Скорее «зачем».
Разночтения – тайны.
И гибкие фразы,
И чуть невпопад,
И чуть осторожно,
Шершаво,
И, может…

Мы были?
Мы?!
Ладно, не мы…
Это факт.
Мы есть?
Тоже вряд ли…
Мы будем?
Не позже,
Чем сбившимся станет
Дыханье,
Чем в такт
(Одно на двоих будто)
Выпрыгнет сердце.
И дрогнут колени,
И нервы-металл
Зайдутся в контральто,
Нет, пусть лучше
В меццо-…

Нет, в крайность!!!
За звук!!!
Расщепиться б, а там
Собраться
В молекулы –
Тоже
награда.

За что же Вы помните?…
(Память –
контракт)

Спасибо, что помните.

Искренне.
Правда.

К «Надеюсь, Вы меня не ждете. Мне, как обычно, есть, что сказать, особенно – а это так!!! – если у Вас была еще более сумасшедшая, чем у меня, неделя…» К событиям: не-связи с Д.З., приезду И.Б., памяти Ю.М., звонку С.В.О., но по сути – к письмам и НЕ воспоминаниям.



Прислушаться. Одумавшись, бежать.
Бежать, одумавшись –
Чем дальше, тем вернее.
Повержено.
Мне больше не стрижаль.
Под каплями, потертыми о время,
Забывшись, липкой дрожью остывать.
Цинично – «собственность». Свободно – «безусловность».
Размылись – акварель видна едва –
Мгновения не счастья – унисона,
Чей искренность хранитель, на лету
Плетущий фабулы.

И вновь хотеть согреться…
Смесь алфавитов аббревиатур
Выкладывать осколками от сердца,
Материализовывая мысль.
Как щит – ирония.
Дуэль всему, что после…
А слез не будет. Слезы зареклись.
Кричать глазами. Завихрить и бросить
Не-встречи в мифоманию стихий –
Сквозняк чуть более, чем в терминах «А помнишь?»
Попытка чьи-то жесты приручить
И практика в изгнаньи облаков - лишь
Упущенная чуткость. Гром скулит.
И в такт ему, срывая голос, подпевать бы.
Иллюзий Минотавры. Лабиринт
Намерений невнятных.
Amor fati…

Просветы сквозь раскатов решето…
Чуть вздрогну я – не дремлет демон летний –
Всплеск дерзости.
Я помню…

Помню, что
Прошелестит не мне дождь-проповедник…

...


Вчера

я
Вам
показалась
тревожной:
- Возможно,
встретимся...
- Позже?
- Днесь!

...
Кто бы ни спрашивал,
просто есть:
Вы - в моей жизни,
я - в Вашей,
а кем - неважно...

...